Моряки из Казахстана: В водах седой Балтики

В Казахстане уделяется большое внимание сохранению исторической памяти, воспитанию подрастающего поколения в духе уважения и заботы о ветеранах войны и труда. Молодые люди должны знать, что во время Великой Отечественной войны наша страна внесла достойный вклад в победу над фашистской Германией. Казахстанцы героически сражались с врагом на земле, в небесах и на море. Именно о них, о наших соотечественниках, служивших во флоте, мы и хотим сегодня рассказать.

Пожалуй, через одни из самых тяжелых морских битв в истории Великой Отечественной пришлось пройти Краснознаменному Балтийскому флоту (КБФ). Его корабли поддерживали артиллерийским огнем наземные войска окруженных защитников Ленинграда и Ленинградского фронта, обеспечивали противовоздушное прикрытие города на Неве, подводные лодки КБФ активно действовали на морских коммуникациях противника. Достойно в этих боях проявили себя и казахстанцы. Известно, что на крейсере «Киров» - флагмане Балтийского флота всю блокаду служили 156 моряков из нашей страны. Многие из них за храбрость и мужество получили высокие правительственные награды - ордена и медали. А на завершающем этапе войны десятки наших земляков в составе подразделений морской пехоты принимали участие в Петсамо-Киркенесской наступательной операции, освобождая территорию советской Карелии и сражаясь в Финляндии и Норвегии.
Напомним, победы, одержанные летом и осенью 1944 года, в корне изменили обстановку на балтийском морском театре. КБФ получил возможность выхода в открытое море и нанесения ударов по судам, перевозившим шведскую руду в германские порты, по коммуникациям группировок противника в Курляндии, Восточной Пруссии, Данциге и, наконец, по германскому военно-морскому флоту, обеспечивавшему морские перевозки и прикрывавшему фланги своих сухопутных сил.
Задачи, выдвинутые ходом военных действий, моряки-балтийцы успешно выполнили. Почти на всех кораблях и в частях КБФ служили наши земляки.
В экипаже гвардейской подводной лодки — минного заградителя «Л-3» (командир капитан 3 ранга В. Г. Коновалов) — служил алматинец Анатолий Петрович Бусарев. В 1943 году в возрасте 17 лет по комсомольской мобилизации он прибыл на Балтику и после учебы получил назначение рулевым на «Л-3». В первом же боевом походе, с 1 октября до 17 ноября 1944 года, рулевой Бусарев отлично нес вахту, и это содействовало общему успеху: на минах, выставленных лодкой на подходах к порту Засниц, подорвались эсминец и сторожевой корабль, а торпедными залпами потоплены транспорт и еще один сторожевой корабль. А. П. Бусарев получил тогда медаль Нахимова.
Трудным для рулевых явился поход с 22 января по 9 февраля 1945 года. «Л-3» было приказано войти в район мыса Брюстерорт Заркау (северо-западная оконечность Земландского полуострова) и атаковать надводные корабли гитлеровцев, обстреливавшие наши части в прибрежной полосе. 3 февраля на горизонте показались крейсер и два эсминца противника, и лодка легла на боевой курс. Подойти на дистанцию залпа к крейсеру не позволило мелководье: как только перископ показался из воды, лодку обнаружил вражеский самолет с грузом противолодочных бомб. Хорошо, что их у врага было всего четыре и все они взорвались далеко за кормой лодки. Но пока лодка уходила от бомбежки, от нее ушли вражеские корабли.


Новая встреча с крейсером и эсминцами противника произошла почти на том же месте утром следующего дня. Малая глубина и на этот раз спасла вражеский крейсер, и командир лодки решил атаковать один из эсминцев. В момент залпа под килем было всего 2 м воды, и в том, что лодка не только не всплыла на поверхность, но и удачно развернулась на обратный курс, поднырнула под второй эсминец и ушла из опасной зоны, весь экипаж увидел подлинное мастерство помощника командира Александрова, боцмана Настюхина, а также рулевых и в их числе Бусарева. По возвращении на базу командующий КБФ наградил его медалью Ушакова.

Третью награду — орден Красной Звезды — Бусареву вручили за безотказную работу механизмов его заведования и точное следование лодки по заданному курсу во время второго похода 1945 года, с 23 марта по 23 апреля. В этом походе лодка выставила у берегов мины, на которых подорвались тральщик и сторожевой корабль противника. Торпедами экипаж 16 апреля потопил теплоход «Гойя» с 7 тыс. фашистов, а через два дня пустил на дно транспорт «Роберт Мюллер».

За первые два похода медалями Нахимова и Ушакова был награжден и акустик этой же лодки родом из Шымкента Алексей Николаевич Володченко. Гвардии матрос отлично изучил приборы, своевременно обнаруживал корабли противника и определял их класс. А когда начиналась борьба за существование лодки и взрывы глубинных бомб врага следовали один за другим, когда гасло электричество и казалось, что бронированный корпус корабля разойдется по швам, Володченко откачивал воду из уравнительной цистерны, устранял повреждения, делал все, что поручалось. Едва стихали взрывы, он снова оказывался у своих приборов, чутко ловил шумы кораблей противника, и по его докладу командир принимал решения на включение электродвигателей, отрыв от грунта и всплытие. Последний боевой поход подлодки увенчался потоплением трех транспортов противника, и акустик Володченко был отмечен орденом Отечественной войны 2-й степени.

Рулевым на подводном заградителе «Лембит» служил рабочий Белоусовского рудника Восточно-Казахстанской области Михаил Дмитриевич Белоглазов. Свой последний поход «Лембит» начал 23 марта с минной постановки. На этот раз минные банки, по 3-4 мины в каждой, ставили в районе Риксхефта. Отойдя 7-8 миль, услышали три сильных взрыва и только много лет спустя из работы западно-германского историка Ю. Мейстера узнали, что подорвались и затонули тогда три вражеских сторожевых и один противолодочный корабль.

При отходе от прибрежного фарватера матросу Белоглазову и его товарищам по боевой части пришлось выдержать настоящий экзамен на зрелость. Вертикальный руль оказался поврежденным, и лодка в любую минуту могла сбиться с курса. Пока устраняли повреждение, матрос Белоглазов перешел на аварийные методы управления рулем и лодка удержалась на курсе. Мужество и стойкость комсомольца, его быстрые и умелые действия высоко оценил командир лодки и представил к ордену Красной Звезды.

Отличным торпедистом стал колхозник из села Орловка Маркакольского района Восточно-Казахстанской области Григорий Лаврентьевич Беляев. Он служил на подводной лодке «К-51», которой командовал капитан 3-го ранга В.А. Дроздов. Наш земляк систематически осматривал закрепленные за ним узлы и детали таких сложных устройств, какими являются торпедные аппараты, и обеспечивал их безаварийную работу, а при авральных ситуациях спокойно и быстро выполнял любое задание. Рядом с медалями «За оборону Ленинграда» и Ушакова на груди матроса появился орден Красной Звезды.

Матросом гвардейской подводной лодки «Щ-309» (командир капитан 3-го ранга П. П. Ветчинкин) служил бывший ученик средней школы Сталинского рудника Акмолинской области Леонид Ефимович Голенков. 23 февраля 1945 года лодка участвовала в блокаде Лиепаи, главного порта курляндской группировки врага. В 6 часов утра вахтенный офицер обнаружил транспорт противника, двигавшийся в охранении двух сторожевых кораблей. Поднявшийся на мостик командир корабля решил не давать врагу, тоже обнаружившему лодку и осветившему ее, времени на противоторпедные эволюции и атаковать в надводном положении.


Вот тут и отличились матросы: дизели дали полный ход, и, как только транспорт оказался на линии прицела, три торпеды устремились к нему. Мощный взрыв в носовой части и в районе мостика накренил вражеское судно, и оно стало тонуть. Как выяснилось позже, это был транспорт «Гетинген» водоизмещением свыше 6 тысяч тонн. Командир бригады подводных лодок, совершивший поход с экипажем «Щуки», наградил отличившихся орденами и медалями. Матрос Голенков получил орден Красной Звезды.

Сын петропавловского железнодорожника Борис Петрович Ущев в 1937 года со 2-го курса Ленинградского института инженеров железнодорожного транспорта по комсомольскому призыву зачисляется курсантом в Военно-морское училище им. М. В. Фрунзе и после успешного окончания его в сентябре 1939 года назначается командиром торпедного катера, а в марте 1941 года — командиром звена катеров.

Чтобы понять значение боевых дел Бориса Ущева и его боевых товарищей, следует сказать, что торпедный катер того времени («Г-5») был крохотным кораблем водоизмещением всего в 17 тонн. Но мощный 1200-сильный двигатель мог развить скорость до 50 узлов (свыше 90 км в час), что позволяло экипажу, состоявшему всего из 6 человек, приблизиться к транспортам или боевым кораблям противника, чтобы наверняка поразить их своим главным и действительно грозным оружием — торпедами. Подводный снаряд имел внушительные размеры: калибр 533 мм, от 4 до 8 м длины; в нем помещался заряд весом до 560 кг, двигатель с запасом горючего, электрическими батареями или химическими реагентами (в зависимости от типа двигателя) и аппаратура самонаведения. Общий вес торпеды составлял около 2 тонн, и потому «Г-5» мог брать их на свой борт только две.

К лету 1944 года на рубке катера Б. П. Ущева красовалась звезда с цифрой «3» в центре — столько вражеских кораблей потопил он со своим экипажем. Поиск и борьба с вражескими подводными кораблями являлись главным, но не единственным назначением торпедных катеров. Только Ущев на своем катере № 23 за эти годы более 50 раз выходил на постановку мин у берегов, в порты и военно-морские базы, тщательно охранявшиеся противником, в том числе в Хельсинки. При этом катер дважды взрывался на вражеских минах, но выставил своих свыше 1500 штук. Не раз в тех местах отмечались взрывы, однако проверить результаты было не просто, и потому список мести не пополнялся.

Звено, а затем отряд Ущева принимали участие в охранении перехода эскадры КБФ из Таллина в Кронштадт в конце августа 1941 года, в вывозе на Большую землю последних защитников островов Моонзундского архипелага и полуострова Ханко. Много раз катера под флагом капитан-лейтенанта ходили в глубокую боевую разведку, высаживали диверсионно-разведывательные группы на эстонской и латвийской земле, в глубоком тылу немецко-фашистских оккупантов. Верный морскому товариществу Ущев с риском для собственной жизни закрывал подбитые катера товарищей дымовой завесой, под артиллерийским огнем снимал и увозил их экипажи. Несколько раз спасал летчиков, покидавших сбитые врагом самолеты и на парашютах опускавшихся в море.

93 боевых выхода совершил наш земляк. За умелое проведение боевых операций, отвагу и мужество в боях ему последовательно вручаются два ордена Красного Знамени, Отечественной войны 1-й степени, медаль «За оборону Ленинграда», а 22 июля 1944 года присваивается звание Героя Советского Союза.

Пулеметчиком торпедного катера №333 в 3-м дивизионе служил Антон Гаврилович Игнатьев, призванный из поселка Новинский Западно-Казахстанской области. Еще в 1937 года началась его служба в Вооруженных Силах. Нес он ее исправно, участвовал во многих боях и походах и последний подвиг совершил 8 мая 1945 года. Вопреки акту о капитуляции некоторые суда и корабли противника, находившиеся в порту Хель, в тот день пытались уйти на запад, чтобы сдаться в плен англичанам. На сигналы застопорить машины фашисты ответили увеличением скорости. Командир катера приказал открыть огонь, и Игнатьев несколькими длинными очередями преградил путь буксиру и малому катеру. Гитлеровцы сдались в плен.

Поддержку с моря десантникам, высадившимся 26 апреля на косе Фрише-Нерунг, оказали и бронекатера Пилавской военно-морской базы. На бронекатере №325 отделением пулеметчиков командовал казахстанец из Кокчетава старший матрос Азанов Федор Ефимович. С 1941 года он служил на флоте, не раз участвовал в набегах на вражеское побережье, разведывательных поисках и боях за острова Балтики. Хорошо знал цену боевого содружества. Теперь, при высадке десанта, как только фашисты стали подтягивать огневые средства и подкрепления, Азанов немедленно нажал на гашетку пулемета. Враг перенес огонь орудий на катер, и осколки повредили пулемет. Не теряя времени, моряк заменил поврежденные детали, и огневые струи снова устремились к берегу. Три огневые точки и множество солдат противника уничтожил тогда Федор Ефимович, за что был награжден орденом Отечественной войны 1-й степени.

Немало казахстанцев служило в частях ВВС, береговой артиллерии, морской пехоты и других сил КБФ. Над двумя из них — 8-й гвардейской минно-торпедной авиационной бригадой и 260-й бригадой морской пехоты — с августа 1943 года по просьбе их командования и личного состава шефствовали трудящиеся Семипалатинской и Кызылординской областей. На примерах этих соединений мы и покажем боевые дела казахстанцев, воевавших в морской авиации и морской пехоте.

Михаил Герасимович Губанов, сын крестьянина села Убинка Восточно-Казахстанской области, воином стал в 1939 году. Успешно окончив военно-морское авиационное училище им. Леваневского, он в ноябре 1942 года прибыл в 8-ю авиабригаду КБФ и получил назначение воздушным стрелком-бомбардиром в 1-ю авиаэскадрилью 73-го авиаполка. Летал на пикирующих бомбардировщиках «Пе-2» и очень скоро приобрел опыт точных бомбардировочных ударов по наземным, а потом и морским целям. Сразу после прорыва блокады Ленинграда, в обеспечении которого он принял активное участие, командование наградило Губанова орденом Красного Знамени. За содействие сухопутным войскам и прицельные удары по важным объектам противника в глубине его обороны четыре месяца спустя он получил вторую правительственную награду - орден Отечественной войны 1-й степени.

Непрерывно увеличивался счет уничтоженных гитлеровцев и их боевой техники. Когда начались завершающие бои на Балтике, Губанов уже был, по оценке штаба ВВС Балтийского флота, одним из восьми лучших пикировщиков флота. За отличные удары по вражеским кораблям в Лиепае, Пиллау (Балтийск), Данциге и Свинемюнде, а также по кораблям противника на путях между этими и другими портами старшему лейтенанту М.Г.Губанову указом Президиума Верховного Совета СССР 6 марта 1945 года было присвоено звание Героя Советского Союза.

Большинство казахстанцев, служивших в 260-й бригаде морской пехоты генерал-майора И.Н. Кузьмичева, занимали скромные должности стрелка, пулеметчика, командира отделения. Объединяло их, как и воинов из других районов страны, добросовестное отношение к воинскому долгу, готовность в любых условиях и любой ценой выполнить боевой приказ. Не удивительно, что все они: младший сержант Мирко Буркитбаев, рядовые Нурлан Джакопегов, Утен Есетов и другие — имели по два-три ранения и по несколько правительственных наград. За участие в десантной операции на косе Фрише-Нерунг и других последних боях на юге Балтики все они получили ордена и медали СССР.

На флоте, как и в других видах Вооруженных Сил, успех боевых частей и подразделений во многом зависит от слаженной работы подразделений боевого и материально-технического обеспечения, от людей, занятых обслуживанием техники и личного состава. Вот лишь несколько имен наших земляков, служивших в частях и на судах такого рода.

31 мину противника затралил и уничтожил второй номер трального расчета одного из катеров-тральщиков матрос Джунусбек Алтынбаевич Джаксылыков. Моторист другого катера-тральщика, матрос из Павлодара Иван Никифорович Дворцевой, участвовал в тралении Мемеля, Штетина (Щецина) и Свинемюнде. 5000 миль оставил за кормой его катер во время траления за годы войны. Аркадий Иванович Журавлев в 1943 году оставил родной Талгар и стал мотористом тральщика на Балтике. Шел второй год его службы, когда однажды взрывом глубинных бомб, сброшенных против вражеской подлодки, вырвало несколько заклепок в аккумуляторном отсеке. Вода могла быстро залить аккумуляторы, и, чтобы не допустить этого, Журавлев сумел в исключительно неудобном месте заделать отверстия пробками. В другой раз, уже в 1945 года, по той же причине вырвало сальник с втулкой дейдвудного вала левой главной машины. Вода хлынула в трюм и стала быстро заполнять его. Комсомолец Журавлев без колебаний бросился в ледяную воду, очистил приемник воды, и с помощью помп удалось быстро ее откачать. Решительность моряка командование отметило медалью Ушакова.

Хорошо изучил закрепленные за ним механизмы и постоянно держал их в отличном состоянии моторист плавучей базы «Полярная звезда» уроженец села Тимофеевка Восточно-Казахстанской области Андрей Яковлевич Вальцев. Во время зарядки подводных лодок он четко и последовательно осуществлял все необходимые операции, в при ремонте их активно включался в общее дело. Добросовестный труд моториста командование отметило медалью «За боевые заслуги».

Медаль Нахимова украсила грудь жителя Караганды матроса Каира Баязитова, служившего штурманским электриком одного из дивизионов подводных лодок.

Котельно-трюмный машинист береговой базы бригады торпедных катеров, бывший рабочий из Балхаша Павел Маркелович Афанасьев обеспечил быстрый и высококачественный ремонт водяных магистралей в торпедном складе и механической мастерской, а когда на ремонт становились катера, он ремонтировал оборудование в минимальные сроки. После ранения под Таллином командир стрелкового отделения Семен Васильевич Васильев, колхозник из села Пригородное Атбасарского района Акмолинской области, стал матросом судоремонтного батальона и очень скоро освоил свою новую специальность слесаря, в кругу новых друзей заслужил большой авторитет своим трудолюбием и исполнительностью, после окончания войны он стал рабочим морского завода в Кронштадте.

Это далеко не все имена, которые было можно перечислить. Все воины, героически сражавшиеся за свободу нашей Родины, достойны того, чтобы память о них вечно жила в сердцах потомков.

 

Фархат КИНЖИТАЕВ

 

 

 

 


Көшірмеге қайта келу

Жүгіртпе / Лента